|
Пытаюсь выложить продолжение, что-то не получается. Кто-нибудь читает? Снова наступила осень. Василек пошел в первый класс. Но как говорят в народе: «Пришла Беда - отворяй ворота». Ходить в школу ему довелось всего два дня. Неожиданно, без видимой причины, умер отец. На селе говорили:- «От тоски». Теперь они жили вчетвером. Моте шел пятнадцатый год. Дом держался на этой еще неокрепшей девочке. Скотины во дворе заметно поубавилось. Косить сено, ухаживать за коровой и лошадьми, детям было не по силам. Корову и лошадей забрал старший брат отца Охрим, а дети каждое утро бегали к нему за крынкой молока. Родня помогала детям, как могла: кто одежкой, кто обувкой, сеяли и убирали хлеб. Наступила осень двадцатого года. На селе было неспокойно. У колодца бабы о чем-то тихо переговаривались. Мужики ходили хмурые, молчаливые. Как-то ночью пришел дядька Охрим. - Вставайте, потом доспите. Утром излишки изымать будут. - Какие лишки?- не понял Колька. - Дядя Охрим, а что у нас излишки? Хлеба:- на семена, да до новины бы дотянуть,- поддержала брата Мотя. - Все одно лучше припрятать. Да и кабанчиков у вас два. Того, что побольше, нужно зарезать. Ты, Мотря, насыпь в торбочку муки, а то на все село кабанчика слышно будет. Да посуду приготовь. Все быстро оделись, готовые исполнять распоряжения Охрима. - Васыль, ты бери лампу, посветишь, а ты, Мишка, бери торбочку. Как только я его поддерну, ты сразу накинь ему на морду торбу. Да гляди не запоздай, а то шуму наделаем. Охрим и ребята пошли в сарай. Учуяв людей, поросята сразу поднялись и захрюкали. - Мишка, они тебя признают, отгони малого в пустой сарай. А то он тоже орать будет. Мишка быстро перегнал кабанчика в другой загон. Охрим вытащил из-за голенища длинный нож. Подошел к кабанчику, почесал его за ухом, потом ловко поддернул его за переднюю левую ногу и всадил нож точно в сердце. В тот момент, когда раненое животное сильно втянуло воздух для предсмертного крика, Мишка набросил ему прямо на открытый рот торбу с мукой. Животное только всхлипнуло и больше не издало ни звука. Охрим привычно разделал тушу. Смолить кабана в сарае было опасно:- могла заняться огнем подстилка, поэтому шкуру сняли и отдали собакам. Крови тоже почти не было. Ее собрали в приготовленную посуду. Мясо пересыпали солью и сложили в бочку, сверху уложили сало. Бочку закопали в новом сарае, присыпали соломой. - Добре, что тут сухо. Мясо не попортится,- пояснил Охрим. Там же закопали несколько мешков с зерном. Ушёл дядя Охрим под утро. С рассветом в селе появились люди в кожанках. В сопровождении красноармейцев они заходили в каждый двор. Было это излишками или нет, но из каждого двора тащили мешки и грузили на подводы. Вслед им неслись причитания и плачь. Пришли за излишками и в сиротский дом. Посмотрели в погребе, на чердаке, в сарае потыкали штыками в солому. - Тут ничего нет,- произнес красноармеец, проверявший штыком солому. - Там нет, зато здесь есть,- довольно ухмыльнулся верзила в кожанке, тащивший из амбара мешок. - Да им хоть бы самим хватило, - возразил красноармеец. - Хватит! У них вон картошка есть, буряки. Проживут. - Так ведь они сироты,- стоял на своём красноармеец. - Слушай, защитник, а рабочие, что есть будут? Ты решение Советской власти знаешь? Вот и выполняй! Эти на земле живут. Не передохнут!- зло отчитывал представитель власти. Красноармейцы, стараясь не встречаться глазами с детьми, стали выносить мешки с зерном. К вечеру тяжело гружёные повозки потянулись к станции.
_________________ -Хорош не тот, кто никогда не падает, а тот, кто всегда поднимается. ---------------------------------------------------------------------- Зааненские козы
|